В общем, решила я изучить, кто в кризис не просто держится на плаву, но и, возможно, даже растет. Потому что, будем честны, покупать что-то новое и модное, когда все вокруг рушится – это как надевать туфли на каблуках, когда бежишь от динозавра. Непрактично. И, главное, страшно. Так что, сосредоточимся на «старичках», на тех, кто уже давно на рынке и доказал свою состоятельность.
В первом квартале 2026 финансового года (завершился 1 февраля) выручка компании выросла на 29%, достигнув 19,3 миллиарда долларов. Чистая прибыль GAAP взлетела на 34%, до примерно 7,3 миллиарда долларов. Но настоящая картина кроется в цифрах, касающихся ИИ. Доходы от полупроводников для ИИ, включая специализированные чипы и сетевые компоненты, подскочили на 106%, достигнув 8,4 миллиарда долларов. Руководство компании теперь ожидает, что только доходы от чипов для ИИ превысят 100 миллиардов долларов в 2027 году. Цифры, конечно, впечатляют, но что за ними стоит? Сколько рабочих часов, сколько потраченных ресурсов, сколько надежд, возложенных на эти кремниевые пластины?
Что будет дальше? Никто не знает. Но если этот пролив окончательно закроется, если там начнётся настоящая адская перестрелка, цена на нефть взлетит до небес. И тогда… тогда начнется настоящая паника. А паника – это всегда возможность. Возможность заработать. И, конечно, потерять ВСЁ. Но риск – это часть игры, верно?
Сумма сделки рассчитана на основе цены, указанной в форме SEC Form 4 ($68.21).
Однако, как это часто бывает, у всякой медали есть обратная сторона. Инвесторы начали робко опасаться, что рынок немного перегрелся, что он, как тот самый воздушный шарик, надутый до предела. Оценки компаний, знаете ли, поползли вверх, а надежность будущих прибылей, особенно в 2026 году, вызывает, скажем так, легкое беспокойство. Ирония судьбы, но теперь некоторые опасаются, что тот самый искусственный интеллект, который так помог рынку взлететь, может оказаться и его злейшим врагом. В общем, ситуация, как всегда, не лишена пикантности.
Итак, S&P 500. Этот индекс, как все знают, состоит из пятисот крупнейших компаний США. А есть еще индекс S&P 500 Growth. Разница, как мне объяснили, в том, что в него входят только 139 компаний, демонстрирующих наиболее высокие темпы роста. Звучит логично, да? Но почему-то я сразу подумал о своей тете Клаве, которая всегда выбирала самые яркие и блестящие вещи, а потом удивлялась, что они быстро выходят из строя. Впрочем, в данном случае, похоже, это работает. В 2025 году индекс роста показал результат на 5% выше, чем обычный S&P 500. Пять процентов, конечно, не горы, но если представить, что эти проценты накапливаются год за годом…
Дело в том, что доля энергетического сектора в этом фонде достигла 23,9%. Почти четверть! Это, знаете ли, как если бы вы решили, что лучший способ путешествовать по миру – это лететь исключительно на самолетах одной авиакомпании. Вроде бы и доберетесь, но рисков добавляется.
В те времена, когда dial-up был единственной дверью в цифровой мир, Priceline осмелилась предложить нечто немыслимое: дать власть выбора самому потребителю. «Name-Your-Own-Price»… Это был вызов самой сути торговли, попытка перевернуть устоявшиеся правила. И она выжила. Выжила вопреки, вопреки безумию dot-com bubble, вопреки скептицизму и насмешкам. Превратилась в Booking Holdings, в титана индустрии путешествий. И вот теперь, в 2026 году, она стоит на пороге новой эпохи, готовая к разделению, к умножению возможностей.
Причиной этого преходящего недомогания, как ни странно, стал гигант оптовой торговли Costco, решивший предложить миру свой энергетический напиток под брендом Kirkland Signature. Цена, как всегда, решает все. Значительно более низкая, чем у Celsius, эта инициатива вызвала закономерную тревогу. Инвесторы, словно стайка испуганных скворцов, начали спешно покидать гнездо, унося с собой частичку прибыли. Забавно, не правда ли? Весь этот шум из-за пузырьков и сахара.
Однако, в каждой медали есть обратная сторона. Когда цены падают, дивидендная доходность растет. И это, пожалуй, неплохой повод присмотреться к акциям компаний, выплачивающих дивиденды. В конце концов, что-то хорошее должно же быть.